проекты союзного государства
Меню

    Экономика

    10:31, 28 января

    По ГАМБУРГЕРскому счету. Сколько реально стоит доллар?

    Эксперты журнала The Economist рассчитали на основе цены известного гамбургера ресторанов McDonald`s новый индекс Биг Мака. Результаты свидетельствуют: валюты многих государств, в том числе российский и белорусский рубль, по-прежнему сильно недооценены.

    Механизм расчета индекса Биг Мака достаточно простой и основан он на теории паритета покупательской способности. Считается, что если стоимость гамбургера в той или иной стране в пересчете на доллары ниже его цены в США (сегодня примерно 4,62 доллара) то валюта недооценена, если выше – переоценена.

    Получается, что самой недооцененной валютой стала индийская рупия: в Индии в пересчете в доллары по официальному курсу цена гамбургера составляет 1,54 доллара. То есть рупия недооценена на 67 процентов. Кроме того, более чем на 50 процентов недооценены валюты ЮАР, Малайзии, Украины и Индонезии. Российский рубль недооценен к доллару почти в два раза. А вот норвежская крона в январе этого года стала самой переоцененной валютой: ее курс завышен на 67 процентов. Более чем наполовину завышен курс валют Венесуэлы и Швейцарии, на четверть – Швеции. Близки к справедливому курсу евро, израильский шекель, канадский, австралийский и новозеландский доллары. Беларусь на карте исследования The Economist не присутствует. Но, учитывая, что цена Биг Мака в Минске составляет около 2,7 доллара, белорусский рубль явно недооценен по отношению к доллару. По оценкам доктора экономических наук, профессора Валерия Байнева, справедливый курс рубля к доллару должен составлять чуть больше пяти тысяч рублей.

    – Несмотря на свою упрощенность, индекс Биг-Мака отражает реальные тенденции на мировом финансовом рынке, – комментирует эксперт. – Практически все развитые державы поддерживают официальные обменные курсы своих денежных единиц существенно выше паритета покупательной способности либо близким к его уровню. В то время как развивающимся государствам, или странам с переходной экономикой настойчиво рекомендуются и периодически навязываются девальвации. Тем самым развитые страны компенсируют для себя рост мировых цен и могут купить за свою зарплату гораздо больше нашей продукции. В то же время для нас импорт, товары, которые мы покупаем за доллары, становятся дороже. В этом заключается суть экспорта инфляции.

    На первый взгляд, девальвированный рубль выгоден для белорусских экспортеров, продукция которых на мировом рынке становится дешевле. Но это все иллюзии, считает Валерий Байнев, и в долгосрочной перспективе государство все равно проигрывает. Условно говоря, если например, нефть стоит сто долларов за баррель, а у нас обесценился рубль, то отечественным предприятиям, чтобы купить этот баррель, надо потратить больше рублей. А где их взять? Повысить цены на продукцию. Чем выше себестоимость продукции, тем больше уровень цен. Так раскручивается инфляционная спираль.

    Проблема еще и в том, что небольшая по масштабам белорусская экономика в этой ситуации вынуждена следовать в фарватере соседей, прежде всего, России. По мнению экономистов, в России опасаются падения доллара, потому что цены на нефть сильно реагируют на колебания мировой валюты. Если нефть подешевеет хотя бы до 80 долларов за баррель, российский бюджет недополучит огромные средства. В итоге российская политическая и экономическая элита, распродавая содержимое своих недр за доллары и евро, продолжает наполнять их товарной массой. Свой вклад в эту копилку вынуждена вносить и Беларусь. Получается, что белорусы работают, строят дома, сеют хлеб, выпускают машины, получают прибыль, но вся она уходит на оплату дорогой нефти и газа. Углеводороды идут дальше на Запад, и выручку от их продажи Россия также отправляет на Запад, вкладывает ее в пресловутый стабилизационный фонд, ценные бумаги и прочие производные. То есть Америка становится еще богаче.

    По мнению экспертов, устранить дискриминацию в мировой торговле можно только в перспективе, причем исключительно в рамках крупных интеграционных группировок на основе программной дедолларизации экономики, как это сделано, например, в Евросоюзе. Если, скажем, Беларусь, Россия и Казахстан откажутся от расчетов в долларах и введут единую валюту в рамках будущего Евразийского союза, тогда большинства кризисов удастся избежать. Но прогнозировать, сколько времени уйдет на этот процесс, аналитики не берутся. Пока доллар остается безальтернативной мировой валютой. И хотя все понимают, что это большая финансовая пирамида, никто не спешит ее разрушить и предложить достойную альтернативу. Аналитики в прогнозах осторожны, и ни один из них еще не осмелился сказать, что доллар уступит свои позиции через три-пять лет. На самом деле обрушение доллара никому сейчас не выгодно, потому что оно потянет за собой все экономики мира. Здесь присутствует и психологический фактор. Американская экономика по-прежнему остается самой крупной в мире. Доля доллара в международных сделках сегодня составляет 85 процентов. Нефть, драгметаллы – все котируется в долларах. В этой же валюте большинство государств предпочитают хранить свои золотовалютные резервы. Поэтому в ближайшее время позиции доллара как мировой валюты останутся незыблемы, а быстрого и выгодного всем решения пока просто не существует.

    автор: Евгений Кононович
    Другие новости «Экономика»