проекты союзного государства
Меню

    Мнение

    08:52, 18 января

    Георгий Гриц: Российская экономика для нас важна, но мы не являемся иждивенцами, как некоторые хотят это представить

    Заместитель председателя РОО «Белорусская научно-промышленная ассоциация», кандидат экономических наук Георгий Гриц в интервью с корреспондентом портала www.soyuz.by подвел итоги развития белорусской экономики в 2017 году, сделал прогнозы на 2018, а также рассказал о сотрудничестве белорусского и российского бизнеса.

    – Еще в начале 2017 года многие экономисты прогнозировали, что год для белорусской экономики будет тяжелым, она останется в рецессии, продолжится сокращение ВВП. Оправдались ли эти прогнозы?

    – Да, Вы правы. Нынешние годы некоторые эксперты ассоциируют с кризисом 2009/10 гг. В принципе не только эксперты либерального толка, а даже такие авторитетные институты как МВФ, Всемирный банк прогнозировали падение экономики. В страновом обзоре Всемирного банка изначально был сделан прогноз о том, что экономика уйдет в минус на 0,5-07%, затем, уже в середине года, эти же эксперты прогнозировали рост от 0,5% до 1,5%. В принципе, на этом фоне, можно сказать, что прогнозные оценки белорусского Правительства были наиболее корректны.

    На мой взгляд, все оценки экспертов, которые заранее позиционируют пессимистичный сценарий, сильно преувеличены. Белорусская экономика жизнеспособна. Предыдущий год, особенно тренды, которые были заложены в конце года, говорят о развитии. Были выставлены акценты, что мы IT-страна, сосредоточены силы на поднятие роли секторальности малого и среднего бизнеса. Думаю, что Беларусь стала на достаточно устойчивый тренд роста экономики.

    – Какие ограничения, на ваш взгляд, мешают белорусской экономике расти быстрыми темпами?

    – Я бы не хотел говорить о негативе, о проблемах, а хотел бы подчеркнуть тренды, которые были заложены в предыдущий год. Напомню, что в Указе Президента, в котором утверждались показатели на 2018 год, кратко сказано о концептуальном развитии экономики на среднесрочный период: закрепить устойчивый рост экономики и выйти на новые точки роста. На мой взгляд, эта концепция очень четко отображает перспективу 2018 года, то есть мы сегодня либерализировали роль государства с точки зрения влияния на бизнес. Я говорю сейчас о Декрете № 7, который затронул весь бизнес: большой и малый. Согласно документу в десятки раз уменьшилось влияние государства на бизнес. Но в тоже время необходимо четко понимать, что ответственность бизнеса и владельца кратно возросла.

    Также важным является Декрет № 8, как многие называет «ПВТ 2.0.». Он не просто продолжает либерализацию преференций для резидентов ПВТ, а радикально меняет роль и значение IT-индустрии. Беларусь является мировым лидером в развитии индустрии, то есть это новый сегмент на долгосрочную перспективу белорусской экономики. Сначала было машиностроение, затем сельское хозяйство – эти сектора они остаются, но тоже интегрируются в тренд электронной Беларуси.

    На мой взгляд, Беларусь становится на устойчивую дорогу стабильного роста. Она возвращается в перечень стран с конкурентоспособной экономикой.

    – Георгий Васильевич, если говорить о криптовалютах. То как эта «технология» может и будет работать в Беларуси?

    – Я рассматриваю эту валюту как инструмент инвестирования с достаточно высоким валютным риском. Но это общемировой тренд. Здесь можно отметить родину криптовалют – Японию. По последним оценкам японских экспертов, то, что криптовалюты являются официальным платежным средством, дало прирост японской экономики на 0,2%.

    Почему этот сегмент для нас интересен? Сейчас в рамках Декрета № 8 говорят много интригующих слов. Одно из них понятие - «элемент майнинга», то есть генерирование криптовалюты, увеличение ее количества. Так как это многоемкое производство, то оно потребляет много электроэнергии. Здесь могут помочь атомные электростанции – один из трендов будущего пятилетия. То есть, это тоже вписывается в тренд развития Республики Беларусь.

    На мой взгляд, многие опережают события. Конечно, смарт-контракты сегодня в IT-сфере являются обыденными, поэтому, думаю, что это может стать одним из элементов будущей экономики Беларуси. Сегодня эксперты высказывают мнение, что, пока Российская Федерация присматривается к подобного рода технологиям, капитал может уйти в партнерскую страну, например, Беларусь.

    Беларусь совершенно правильно выбрала направление развития экономики. Декрет №8 является пионерским, революционным и эволюционным, что для нашей страны наиболее важно. Мы должны опережать своих конкурентов и противников.

    – Нацбанком Беларуси недавно принято решение об отмене ограничения по целевой покупке иностранной валюты юрлицами и индивидуальными предпринимателями. Как на ваш взгляд это отразится в дальнейшем на экономике, бизнесе?

    – Сегодня, наверное, можно назвать несколько министерств, которые являются драйверами и генераторами новых идей. В первую очередь, я бы отметил Минэкономики, которое исторически является носителем достаточно взвешенных решений. Второе, МАРТ (Министерство антимонопольного регулирования), а также Нацбанк. Последняя структура, на мой взгляд, за последний год внесла несколько важных изменений. Например, отмена паспортов при покупке иностранной валюты. Также уменьшение риска квотирования продажи биржевой валютной выручки, отмена оснований для покупки валюты, то есть привязка к контракту. Сейчас можно валюту покупать и использовать как элемент хранения денег. Такие решения Нацбанка хорошо вписываются в платформу Евразийского интеграционного процесса, и происходит интегрирование в один формат правил ведения бизнеса всех пяти стран ЕАЭС. Это тоже говорит о том, что Беларусь идет в направлении регионального развития.

    Мне кажется, что Беларусь стала на путь либеральной экономики, что она фактически живет по правилам ВТО, не являясь членом организации. Поэтому сейчас можно говорить о том, что Беларусь формирует конкурентоспособную экономику, живет по принципу рыночного государства.

    – В числе внешних факторов, которые оказывают заметное влияние на белорусскую экономику, эксперты выделяют динамику ВВП России и обменного курса российского рубля. Как эти процессы сказались на белорусской экономике в 2017 году? И какие прогнозы будут на 2018 год?

    – Вы правы. Наш внешнеторговый оборот находится на уровне 50%, хорошо налажен экспорт и импорт по двум направлениям. Мы в основном продаем продукцию продовольствия, машиностроения. Это сектора экономики, которые показали существенный рост, даже по мировым меркам. Этот рост был обеспечен за счет российского рынка, который для нас очень важен. Здесь надо понимать, что каждое рабочее место в машиностроении Беларуси создает до 10 рабочих мест в смежных отраслях белорусской экономики. Это ответ экспертам, которые говорят, что машиностроение является своеобразным лузером, что оно лишь поглощает ресурсы. Неправда.

    Роль российской экономики для нас важна. Кстати, я бы не говорил, что это «игра в одни ворота». От показателей экспорта на российский рынок зависят наши смежники в Российской Федерации. До миллиона людей в России работают над продукцией, которая поставляется в Беларусь. То есть это очень интегрированная экономика, где мы не являемся иждивенцами, как многие хотят это представить. Более того, поставляя нам по конкурентоспособным ценам природные ресурсы – нефть и газ - мы повышаем конкурентоспособность белорусской экономики на третьих рынках сбыта. Таким образом, создается спрос и загрузка на рабочие места в Российской Федерации.

    Еще один вопрос – тарифные меры, которые выпадают из формата ЕАЭС. Мы сталкиваемся с определенными изъянами и ограничениями по поставке белорусской продукции на российский рынок, здесь я даже не затрагиваю цены на нефть и газ. Если мы находимся в едином экономическом пространстве, и если белорусское предприятие выиграло тендер на российском рынке, то ему нужно давать работать на общих условиях. С этими проблемами, конечно, нужно бороться. Но я к этому тоже отношусь оптимистично, потому что есть своеобразная дорожная карта, декларируемая политическая воля глав государств, в конце концов, сами субъекты хозяйствования приходят к тому, что необходимо проводить единую промышленную политику.

    Если говорить о прогнозе на 20018 год, то мне кажется, что стоит ожидать прироста на 3,5%. Он вызван наверстыванием тех падений, которые были в предыдущие годы. Эти проценты обосновываются желанием и необходимостью достичь хороших показателей. Рост экономики должен опережать общемировые тренды, иначе мы не выйдем в страны-лидеры.

    – Если говорить о сотрудничестве белорусского и российского бизнеса. На Ваш взгляд, как совместные предприятия повлияют на экономику двух стран? И правильное ли решение - двум странам объединяться в один бизнес?

    – Мы много говорим о совместных интеграционных проектах. Более того, эти проекты обозначены на уровне межгосударственных отношений двух глав государств. Но сегодня важно перейти от обсуждения деклараций к их реализации в виде конкретных проектов. Эти проекты уже обозначены. Не стоит гнаться за сиюминутной выручкой, а нужно говорить об эффективном бизнесе, который будет генерировать финансовые потоки.

    Мы часто говорим о том, что российский инвестор приходит в Беларусь покупает предприятия, но могу привести несколько примеров, где белорусы приобретают активы российского бизнеса: «Амкодор» купил контрольный пакет акций Брянского завода и собирает автопогрузочную технику. Также можно привести пример из частного бизнеса – «Санта-Бремор». И таких примеров немало.

    Яркий пример – жилищное строительство. Сегодня в Российской Федерации строятся многоквартирные дома, которые оснащены лифтами. Так, порядка 2 тыс. лифтов производится в России, жилищное строительство там предполагает наличие около 50 тыс. таких лифтов. То есть российское производство не может оснастить все дома своей продукцией, поэтому страна импортирует недостающие лифты. Так, «Могилевлифтмаш» поставляет в Россию 22 тыс. лифтов. Поэтому можно создать сборочное производство и заместить недостающий импорт продукцией совместного предприятия.

    Сегодня белорусские субъекты хозяйствовании ищут ниши, которые можно занимать, сферы, где можно работать. Что является подтверждением того, что тренд на взаимопроникновение для создания совместных производств просто жизненно необходим.

    автор: Наталья Диндилевич
    Другие новости «Мнение»