проекты союзного государства
Меню

    Online-брифинг

    15:28, 21 октября

    Интернет-видеобрифинг «Беларусь и Россия: новые геополитические реалии»

    • В брифинге принял участие заведующий кафедрой международных отношений Академии управления при Президенте Республики Беларусь Сергей Кизима.

    Информационно-аналитический портал Союзного государства провел интернет-видеобрифинг с заведующим кафедрой международных отношений Академии управления при Президенте Республики Беларусь Сергеем Кизимой.

    Тема брифинга: «Беларусь и Россия: новые геополитические реалии»

    На прошедших в Беларуси выборах Президента убедительную победу одержал действующий Глава государства Александр Лукашенко. Евросоюз заморозил в отношении нашей страны санкции, отметил прогресс при проведении выборной кампании. Каков Ваш прогноз в отношении перспектив нормализации отношений Беларуси и западных партнеров?

    – Что касается отношений Беларуси с западными партнерами, то нужно отделять США и Евросоюз, потому что у них разные геополитические цели. Европейский союз хочет сидеть в тишине и покое, чтобы на границах не было войн, потоков беженцев, ни один террорист не проник на территорию союза. В принципе это интересы внешнеполитические Европейского союза, по крайней мере, большинства стран.

    В США все наоборот. Соединенным Штатам нужно, чтобы было весело, интересно, горячо, особенно там, где их самих нет, то есть в Евразии. В Евразии основные конкуренты США, поэтому для американцев актуально старое правило: «Если хочешь оставаться самым крупным хищником, то периодически уничтожай конкурентов, которые могут вырасти и сбросить тебя с верха» - вот этим они и занимаются. Поэтому нам сейчас очень горячо и интересно жить, а хотелось бы жить спокойно и скучно. Террористические акты, террористические государства, дестабилизированные государственные режимы – все это благодаря вмешательству американцев стало общей нормой Евразийского континента.

    Кризисные последствия вмешательства американцев все сильнее оказывают негативное влияние на Евросоюз, а в ЕС востребованы полная безопасность и покой, поэтому на этом фоне у Беларуси и Евросоюза все больше пересекаются интересы. Нам тоже нужен мир, спокойствие, процветающие соседи, не нужны террористы и потоки нелегальных мигрантов. То есть в отношении Украины у нас 100% совпадающая точка зрения, нам необходимо, как можно быстрее, все это остановить. Важно это полное тотальное совпадение взглядов на самую главную общую проблему, на 46 миллионную по населению страну, которая при дальнейшем таком же развитии событий грозит обрушиться миллионами беженцев на территорию Европейского союза и Беларуси – это нам абсолютно не надо. Хватает других беженцев из других стран и континентов, и это делает наши отношения гораздо более прагматичными, менее политизированными, вымывает тот идеологический контекст, который был раньше. Опять же нельзя забывать о том, что сегодняшний Евросоюз это другой Евросоюз, чем раньше. Десять лет назад это был уверенный и развивающийся, экономически сильный, на пике своего подъема Европейский союз, который серьезно задумывался о возможности в будущем обходится без США. Он был уверен, что почти 500 миллионов человек (в связи с принятием в 2004 году новых членов было уже почти 500 миллионов человек, до Румынии, Хорватии и Болгарии), это серьезный потенциал в Евразии, если не считать Китая, а в Европе так уж наверняка. С этим потенциалом, в принципе, никто больше в Европе не может быть ЕС конкурентом, и в Евросоюзе были уверены, что все обязаны подчиняться этому мощному центру политического и экономического притяжения власти. И то, что Беларусь, тогда говорила «нет, у нас свои национальные интересы, свои варианты развития», которые включают в себя европейскую интеграцию и интеграцию в рамках Союзного государства», это, конечно, звучало для Евросоюза совершенно вызывающе, это не вписывалось в тренд усиления власти, успеха, процветания, который Европейский союз поставил себе в рамках Евразии. Это и вызвало эти санкционные вещи, вызвало противоречия со стороны, как США, так и Европейского союза.

    С сегодняшним Евросоюзом гораздо легче иметь дело, это Евросоюз больной и неуверенный в себе, осаждаемый террористами и беженцами, с кучей других проблем. В связи с этим выборы прошли также неплохо, как и в 2010 и 2006 годах, но было совершенно другое отношение у Европейского союза. Ему уже неважно на нас давить, ему важно, чтобы мы не стали такой же больной и горячей точкой как Украина. Он не может себе больше позволить еще одного или больше соседей по образцу Украины, Ливии, Сирии, уже слишком много проблемных соседей. Это дестабилизирует ситуацию внутри Европейского союза. Опять же Евросоюз сейчас может только мечтать о прежних темпах экономического роста, на повестке дня выход Великобритании, сепаратистские процессы на территории Великобритании, Испании и в ряде других стран. В принципе, это уже не прежняя агрессивная риторика, это уже партнер, с которым можно договариваться. Это партнер, который съел на пути своего расширения слишком много новых стран, а ведь предупреждали тогда, что не надо так поспешно принимать такое большое количество стран с большим количеством проблем, с разной политической культурой, с разным отношением к коррупции – все это изнутри будет разрывать Европейский союз. Так это и произошло. То, о чем предупреждали, случилось. Европейский союз переел, ему плохо. С ним действительно сейчас можно договариваться. Прежние высокомерные позиции уходят в прошлое, вступает в дело прагматизм, а с точки зрения прагматики, мы всегда были готовы договариваться. Раньше они говорили, как мы должны проводить выборы, как должны решать те или иные политические вопросы, с кем должны интегрироваться, что в Беларуси не могли воспринимать нормально. И если раньше ЕС с подачи американцев пытался ультимативно диктовать Беларуси, то сейчас он этого не делает. Нам, собственно говоря, это и надо, нас устраивает ситуация, когда мы им не приказываем, а они нам. Можно договариваться, можно, соответственно, реализовывать какие-то интересные проекты. Нас интересуют те проекты, которые связаны, прежде всего, с инвестициями, финансированием и с приходом в белорусскую экономику современных технологий. Однако не стоит строить иллюзий, несмотря на то что замораживаются временно санкции, то, что отношения стали прагматичными, не отменяет того фактора, что украинская война у нас по соседству и инвестора хоть европейского, хоть под санкциями европейскими, это настораживает. Война рядом со страной, которую рассматривают для инвестиций, это очень пугающий фактор, поэтому не стоит удивляться, что у нас на треть просели инвестиции в прошлом году.


    Россия начала широкомасштабную операцию по борьбе с запрещенной террористической организацией ИГИЛ по просьбе Президента Сирии Башара Асада. Вместе с тем ее действия не нашли поддержки со стороны США и ЕС. С чем на ваш взгляд связана подобная позиция, учитывая декларируемое стремление Запада бороться с международным терроризмом?

    – Давайте посмотрим шире на события в Сирии, на новую роль России в этом конфликте. Собственно говоря, Россия могла это сделать и в 2011, 2012 или 2013 годах, но делает это именно в 2015. Причина понятна, это не вопрос Сирии, а достаточно тяжелые последствия холодной войны, в которой Россия оказалась в отношениях холодной войны с Западом и ЕС, где США играет первую скрипку, а ЕС на вторых ролях. Действительно очень серьезные санкции используют против России, экономический ущерб – сотни миллиардов долларов ежегодно, приостановлен приток новых технологий, что затормаживает развитие России. Для России очень важно повысить цену для Запада использования санкций против России, обрушенных цен на нефть и других различных инструментов, которые мешают России нормально развиваться. В связи с этим Россия делает, то, что делал Советский союз в таких ситуациях, идет в те точки мира, где для Запада важно победить, с тем, чтобы использовать свои возможности и помешать им это сделать. Исходя из этого в принципе совершенно понятно, что также это видит и Запад, для Запада это продолжение той же холодной войны, что он ведет в Европе против России, и события на территории Сирии для них это повышение ставок Россией. У Запада есть на что играть, и он только с удовольствием повышает ставки. Посмотрите сами насколько сильное неприятие со стороны США и ЕС вызывает то, что делает в Сирии Россия, хотя она делает формально то же, что и они, но на практике не на словах борется с террористами, а эффективно с ними сражается на территории Сирии. Влиятельность России Западу не нужна, Запад хочет выиграть в этой холодной войне, посредством санкций заставить Россию изменить свою позицию по вопросам Украины, Крыма, Донецка и Луганска, поэтому западные страны ввязываются в информационную войну по поводу Сирии. Классическая информационная кампания в духе холодной войны налицо. Когда объявляется, что Россия бомбит не тех, кого надо, якобы мирных граждан, или бомбит цвет демократии Сирии, который до этого почему-то убивал мирных жителей, офицеров и солдат армии законного сирийского президента, то в этом, в принципе, ничего нового нет. История повторяется. Реакция Запада вполне понятна, прозрачна и ожидаема.


    Не так давно весь мир стал свидетелем того, как террористическая организация «Талибан» сумела занять стратегически важный город Кундуз в Афганистане. Вооруженные силы Афганистана сумели взять под контроль город при поддержке международной коалиции, однако подобная ситуация вызывает опасения на счет развития ситуации в стране с уходом США. Как вы считаете, несет ли угрозу странам ОДКБ радикальный исламизм, который может перенести свою активность и на соседние страны?

    – Традиционно несет, угроза, несомненно, Афганистан является очень сильным фактором дестабилизации этого региона. Центрально-азиатские страны в Евразийской интеграции достаточно значимы, у нас уже и Казахстан, и Кыргызстан, это большая территория, хотя и не очень густонаселенная, соответственно всего около 22 миллионов всего населения Евразийского экономического союза, но, тем не менее, это значимая часть в деятельности по реализации евразийского проекта. То, что оттуда в случае дестабилизации Афганистана может хлынуть поток оружия, террористов и, что очень важно, ярких и харизматичных ораторов, которые начнут убеждать молодых казахов воевать с собственным правительством, молодых киргизов применять оружие против собственной полиции и власти. Конечно, никому это не нужно, как на территории европейской, так и на азиатской части нашего Евразийского интеграционного проекта. Кундуз - это вещь опасная, это фактически попытка того, что произошло в Ираке в прошлом году, она просто сорвалась, но если бы их не удалось остановить там, то дальше они могли занять молниеносно несколько городов и объявить очередное Исламское государство. Конечно, это вещь пугающая, поэтому ее нужно бояться, что, собственно говоря, и произошло. Все это заметили и горячо обсуждали на территории Евразийского союза, в странах-членах ОДКБ. Естественно, нужно прорабатывать меры противодействия, необходимо усиливать пограничный режим. На Саммите СНГ об это говорилось, наладили механизм взаимодействия. Само собой это актуально не только в рамках Евразийского экономического союза и ОДКБ, это важно во всех существующих интеграционных форматах на постсоветском пространстве. Соответственно необходимо усилить охрану всех границ, которые прилегают к Афганистану, и в соседних государствах, усиливать борьбу с наркотиками, потому что экспорт наркотиков через страны Центральной Азии в Россию и Беларусь, это, естественно, негативный фактор для национальной безопасности РФ и Беларуси. К счастью, в Беларуси меньше процент героиновых наркоманов, чем во многих других странах мира. Мы с этим очень эффективно боремся, однако проблема все равно есть.

    Почему так важно бороться с наркотиками? Потому что на деньги от экспорта героина финансируются террористические акты и покупается оружие, осуществляется агрессивная реклама террористических взглядов, в противовес мирному Исламу вырабатывается агрессивная идеология, которая используется для того, чтобы одни мусульмане убивали других. Это вряд ли то, что в свое время имел в виду Мухаммед под Исламом, он начал его пропагандировать, как объединяющего всех граждан многоязычного и многоэтничного исламского этноса. В этой ситуации, конечно, нужно очень жестко все это принимать, нужно опасаться, вырабатывать необходимые меры и защищать национальные интересы всех стран-членов ОДКБ и других интеграционных проектов на постсоветском пространстве.


    В настоящий момент в отношении России действует санкционный режим. Как вы оцениваете перспективы нормализации отношений России и ее западных партнеров, и как подобная ситуация сказывается или может сказаться на Беларуси?

    – В данный момент перспективы отмены санкций против России достаточно слабые. Запад отработал санкционные механизмы на ряде стран, в том числе на Иране, особенно глубоко, изощренно, эшелонировано и продумано санкционный механизм западными странами использовался именно на Иране. Результат им понравился, Иран в итоге отказался от того, что хотел сделать, фактически капитулировал, хоть и сохранив лицо, но в это суть любого компромисса – все-таки он сделал то, что хотели западные страны. Это для них приятно, это очень важный момент, который позволяет им гордиться собой, что при помощи санкций можно без войны заставить достаточно мощное суверенное государство заставить сделать то, чего они хотят. Сейчас они хотят сделать то же самое с Российской Федерацией.

    Пусть санкции еще не полностью по иранскому варианту, но они уже максимально к нему приближаются. Настораживает, что каждые несколько месяцев ужесточаются американские санкции и, соответственно, никакого послабления не видно и не предвидится. Европейский союз тоже не готов ослаблять санкции. Как минимум ближайшие полгода или год актуально сохранение прежнего санкционного режима, и возможно даже ужесточение этого режима. Не факт, что решение России повоевать в Сирии, чтобы заставить Запад испугаться, что теперь везде где есть западные интересы, будет появляться Россия и этим интересам вредить, поможет в снижении или отмене санкций. Соответственно, мой прогноз – это достаточно долгие и негативные последствия для России и для Беларуси, потому что мы теснейшие партнеры по экономической и политической интеграции, и если это бьет больно по России, то также больно будет бить по Беларуси. Мы видим, что по итогам этого года мы не продадим в Россию и Украину (наши главные экспортные рынки сбыта) на миллиарды долларов белорусской продукции, что прежде продавали, пока не было нынешней проблемной ситуации в обеих странах. Конечно, в России она просто проблемная, а в Украине катастрофичная, но, тем не менее, на миллиарды долларов белорусской продукции больше не находит сбыт на этих рынках. У людей в этих странах уменьшились зарплаты, сократился интерес к избыточным покупкам, в связи с тем, что существуют и проблемы с безработицей. Ситуация прежде всего бьет по импорту. Беларусь, к сожалению, по-прежнему является импортером не только для Украины, но и для России. Мы с Россией вместе во множестве интеграционных проектах, но, к сожалению, белорусские товары являются по-прежнему импортными и для Российской Федерации. У нас нет пока единого товара, российско-белорусско-казахстанско-армянско-кыргызстанского. Сколько мы уже об этом говорим многие годы, но, к сожалению, пока этого нет. Значит все-таки мы импорт, а в ситуации больших проблем экономики, естественно, в России начинают защищать своего производителя. Естественно, любой импортер начинает страдать и в силу этого проседает наш экспорт, то что раньше прекрасно продавалось, теперь не находит прежнего сбыта. То есть для нас вся эта санкционная война между Западом и Россией очень болезненна, она бьет по десяткам или даже по сотням тысяч рабочих мест, она сокращает доходы бюджета, белорусский экспорт, бьет по стабильности белорусского рубля, который сильно зависит от стабильности российского рубля, казахстанского тенге. И та и другая валюта сейчас абсолютно нестабильны. Предсказать курс российского рубля через месяц или через полгода сейчас не возьмется ни один уважающий себя экономист, потому что он скачет, как блоха, туда и обратно. Нам приходится следовать вслед за ним, чтобы сохранить хоть часть товаров, которые продаются на российском рынке, иначе белорусская рабочая сила станет слишком дорогая и наш товар перестанет продаваться на российском рынке. К сожалению, моменты дестабилизации, которые появляются в результате, оказывают достаточно негативный эффект на белорусскую экономику. В связи с этим, сейчас очень важно искать новые рынки сбыта, делать все возможное, чтобы на старых рынках, несмотря на падение спроса, все-таки брали белорусский товар, пусть не в прежних объемах, но в значимых для нас объемах. Необходимо искать возможности реализовать новые инвестиционные проекты, которые создадут новые рабочие места, и послужат подспорьем в решении проблем с возможным ростом безработицы, которые может произойти на территории Беларуси из-за внешнего негатива.



    Беседовал Андросик Станислав
    Фото/Видео: Таяновский Владимир